Павильоны Всемирных выставок обычно строили быстро и рассчитывали на несколько месяцев. После закрытия ярмарки большинство разбирали, освобождая огромную территорию. Тем интереснее здания, которые пережили временное назначение и стали музеями, жильём или символами городов. В рейтинг вошли сооружения международных выставок и Expo, сохранившие узнаваемый облик и получившие самостоятельную жизнь.
| Место | Сооружение | Выставка |
|---|---|---|
| 10 | Башня Солнца | Осака, Expo 1970 |
| 9 | Habitat 67 | Монреаль, Expo 1967 |
| 8 | Монреальская биосфера | Монреаль, Expo 1967 |
| 7 | Площадь Испании | Севилья, выставка 1929 года |
| 6 | Royal Exhibition Building | Мельбурн, 1880 год |
| 5 | Дворец изящных искусств | Сан-Франциско, 1915 год |
| 4 | Unisphere | Нью-Йорк, 1964–1965 годы |
| 3 | Space Needle | Сиэтл, 1962 год |
| 2 | Атомиум | Брюссель, Expo 1958 |
| 1 | Эйфелева башня | Париж, 1889 год |
10. Башня Солнца
Художник Таро Окамото создал Башню Солнца как центральный образ Expo 1970 в Осаке. Белая конструкция высотой 70 метров несёт три лица: золотое наверху смотрит в будущее, фронтальное представляет настоящее, чёрное на спине – прошлое. Во время выставки башня пронзала огромную крышу главного павильона.
Крышу разобрали, а башню сохранили в мемориальном парке. Внутри восстановили «Древо жизни» – многоэтажную композицию об эволюции организмов. Из временного выставочного входа получилось самостоятельное произведение, которое и без окружающих павильонов сохраняет первоначальный смысл.
9. Habitat 67
Жилой комплекс Моше Сафди был построен для Expo 67 как модель городской жизни будущего. 354 сборных бетонных блока сложены в террасы, образуя 158 квартир. Почти у каждого жилья есть собственная крыша-сад, а окна не смотрят прямо в окна соседей.
После выставки Habitat 67 не превратился в музей: в нём продолжают жить люди. Проект оказался слишком сложным и дорогим для обещанного массового строительства, зато повлиял на архитекторов по всему миру. Его долговечность особенно убедительна, потому что эксперимент сохранил исходную функцию.
8. Монреальская биосфера
Геодезический купол Бакминстера Фуллера служил павильоном США на Expo 67. Стальная решётка образует сферу диаметром 76 метров. Первоначально её закрывала прозрачная полимерная оболочка, создававшая внутри контролируемый климат.
Во время ремонта 1976 года оболочка сгорела, но металлический каркас устоял. Позднее внутри построили новое здание экологического музея. Сегодня сфера выглядит почти невесомой: от павильона осталась главная пространственная идея, а утраченная обшивка сделала конструкцию ещё нагляднее.
7. Площадь Испании
Полукруглый ансамбль в Севилье построили для Иберо-американской выставки 1929 года. Архитектор Анибаль Гонсалес объединил кирпич, керамику, аркады и башни в грандиозную декорацию, обращённую к каналу. Мосты ведут к галерее, а вдоль фасада размещены керамические панно испанских провинций.
После выставки здания заняли государственные учреждения, а площадь стала общественным пространством и съёмочной площадкой. Временное событие оставило городу не отдельный павильон, а полноценный городской ансамбль, который невозможно представить в разобранном виде.
6. Royal Exhibition Building
Королевский выставочный павильон в Мельбурне открылся к Международной выставке 1880 года, а в 1888-м принял ещё одну большую ярмарку. Центральный купол и протяжённые галереи рассчитаны на огромные демонстрационные залы с естественным светом.
В 1901 году здесь открылось первое заседание федерального парламента Австралии. Здание пережило частичные сносы окружающего комплекса, использовалось для выставок, спорта и даже госпиталя. Вместе с садами Карлтон оно включено в список Всемирного наследия ЮНЕСКО как редкий сохранившийся дворец выставочной эпохи XIX века.
5. Дворец изящных искусств
Дворец в Сан-Франциско построили к Панамо-Тихоокеанской выставке 1915 года. Архитектор Бернард Мейбек окружил купольную ротонду колоннадами и лагуной, создав романтический образ античных руин. Большинство выставочных сооружений выполняли из временных материалов, и этот ансамбль тоже быстро начал разрушаться.
Горожане добились его сохранения. В 1960-х декоративную конструкцию почти полностью воспроизвели в железобетоне, сохранив внешний образ. Поэтому перед нами не нетронутый павильон, а редкий случай, когда временную архитектуру сочли настолько важной, что фактически построили заново.
4. Unisphere
Стальной глобус диаметром около 37 метров появился в парке Флашинг-Медоус к Нью-Йоркской всемирной выставке 1964–1965 годов. Три орбитальных кольца символизировали первых космонавтов, а континенты из нержавеющей стали демонстрировали тему взаимосвязанного мира.
Unisphere стоит в центре большого бассейна с фонтанами. После закрытия ярмарки он стал главным ориентиром парка и одним из визуальных символов района Куинс. Сооружение не требует внутренней функции: это одновременно карта, скульптура и памятник оптимизму космической эпохи.
3. Space Needle
Башню Space Needle возвели к Всемирной выставке 1962 года, посвящённой будущему и космосу. На высоте около 160 метров разместили обзорный уровень и вращающийся ресторан. Узкая опора и дискообразная вершина превратили инженерное сооружение в образ летающей тарелки.
Стройка заняла меньше года. После выставки башня сохранила туристическую функцию, прошла несколько модернизаций и получила стеклянные полы на вращающемся уровне. Она стала редким ярмарочным символом, который не нуждался в новом назначении: обещанный вид на город и горы по-прежнему работает.
2. Атомиум
Атомиум изображает элементарную ячейку кристалла железа, увеличенную в миллиарды раз. Девять стальных сфер соединены трубами с лестницами и эскалаторами. Конструкция высотой 102 метра была главным символом Expo 1958 и выражала послевоенную веру в науку.
Часть сфер доступна посетителям, в верхней работает обзорная площадка. В начале XXI века Атомиум капитально отреставрировали и заменили алюминиевую облицовку нержавеющей сталью. У сооружения почти нет аналогов: научная модель стала зданием, по которому можно ходить из атома в атом.
1. Эйфелева башня
Гюстав Эйфель построил 300-метровую железную башню как входную арку Всемирной выставки 1889 года. Многие художники и писатели считали её промышленным чудовищем, а разрешение предполагало демонтаж через двадцать лет. Спасла сооружение практическая ценность высоты для радиосвязи и экспериментов.
Башня пережила выставку, стала радио- и телекоммуникационной опорой, а затем главным символом Парижа. Её успех изменил отношение к открытым металлическим конструкциям: то, что казалось временной машиной, оказалось архитектурой. Ни один другой выставочный объект не повлиял так сильно на образ своего города.
Судьба этих построек зависит не от первоначальной долговечности. Одни выжили благодаря полезной функции, другие горожане спасли из привязанности, третьи пришлось серьёзно перестроить. Всемирная выставка давала им громкий старт, но право остаться каждое сооружение завоевало уже после закрытия павильонов.